Фортепианное трио. Аавик – Щура – ​​Лейватегия

Исполнители:

Ганс Кристиан Аавик (скрипка)
Индрек Хлебопечка (виолончель)
Максим Щура (фортепиано)

В плане:
Равель. Фортепианное трио ля-минор M.67
Время перерыва
Шуберт. Фортепианное трио № 2 ми-бемоль мажор D929

На сцене три ведущих эстонских музыканта, которых объединяет огромная любовь к музыке Шуберта.

«Это произведение посвящается только тем, кто наслаждается им», — писал Франц Шуберт своему издателю Генриху Пробсту 1 августа 1828 года. Его вопрос о посвящении был совершенно закономерен: в начале XIX века посвящение произведения влиятельному человеку могло принести композитору как финансовую выгоду, так и более широкое признание и поддержку. Однако слегка загадочный ответ Шуберта выражает не столько романтическую тайну, сколько указывает на формирование новой концертной культуры в Вене 1820-х годов.

В это время уже начали выступать ансамбли с постоянным составом, такие как квартет Игнаца Шуппанцига, исполняющие концерты камерной музыки с продуманными программами. Они были нацелены на информированную и платящую аудиторию. Повышался уровень исполнения, росла удовлетворенность композиторов исполнением своих произведений, вкус публики становился более требовательным. Слушатели все больше были готовы углубиться в более сложные и объемные музыкальные ансамбли.

Четырехголосное симфоническое фортепианное трио № 2 Шуберта — это своего рода дань уважения его недавно ушедшему кумиру Бетховену. Скорбный подтекст второй части произведения раздвигает границы художественного выражения, но в то же время это произведение подтверждает и зрелость Шуберта как мастера большой формы. Символично, что еще до окончания первой части композитор сочинял с таким энтузиазмом, что даже опрокинул чернильницу и оставил на рукописи большое пятно — на это обратил внимание пианист сэр Андраш Шифф.

Тема второй части фортепианного трио происходит из особенно характерного для Шуберта жанра — камерной песни. На этот раз композитор использовал не собственное произведение, а шведскую народную песню «Se solen sjunker» ( Солнце садится ), которую он услышал в исполнении тенора Исака Берга в салоне медсестер Фрелих. Эта ностальгическая музыка звучала и на экране: режиссер Стэнли Кубрик использовал ее в фильме 1973 года «Барри Линдон», чтобы изобразить моральное падение главного героя в Англии XVIII века.

Свое единственное фортепианное трио Морис Равель написал в 1914 году с необычайной быстротой, словно предчувствуя начало Первой мировой войны. Произведение входит в золотую сокровищницу фортепианных трио и предъявляет высокие требования к исполнителям как в техническом мастерстве, так и в чуткости совместной игры. Каждая часть трио опирается на четкую формальную основу, но точность и воображение Равеля придают музыке гораздо больше, чем просто формальное упражнение. Ритм первой части навеян баскским танцем родины матери композитора. Зорцико . Вторая часть основана на поэтической форме из Малайзии. пантум . Третья часть напоминает карнавальную вариационную форму, а в финале чувствуются черты сонатной формы. Однако внимание слушателя в первую очередь привлекают смелые ритм-игры, вдохновленные балетом Игоря Стравинского «Весна священная», премьера которого в Париже в 1913 году вызвала тогда скандал.

В концертной программе эти два великих произведения прозвучат рядом, что позволит слушателю проследить за развитием фортепианного трио на протяжении XIX века – от Французской революции до Первой мировой войны. Пение Шуберта и танец Равеля встречаются здесь как два разных, но одинаково ярких выражения романтического мира мысли.

Концерт с антрактом продолжительностью ок. 2 часа